Камни в организме человека

Камни в организме человека

Чаще остальных камни образуются в почках, мочевом и желчном пузыре.

.

Однако эти три сценария — далеко не единственные. Например, камни могут появиться также в предстательной, щитовидной железе, в слюнных железах, в прямой кишке. Кроме того, известен процесс отложения холестериновых бляшек на стенках сосудов. Это, разумеется, еще не камни, но в конце процесса они пропитываются солями кальция и превращаются в довольно-таки близкое к камню образование. Во всяком случае, степень их твердости и, так сказать, шершавости ничуть не уступает многим породам природного камня. Плюс, не забудем и об отложении солей кальция в мягких тканях тела (мышцы, легочная ткань). Оно начинается, как правило, в результате их инфекции или хронического асептического воспаления. Скажем, в результате туберкулеза или миозита. Опять-таки, на булыжник ни легкое, ни бицепс на руке похожи не станут. А вот на сохранившую форму органа грудку известняка — запросто.

Так что появление в нашем теле твердых или постепенно затвердевающих конструкций — процесс не то чтобы аномальный. С одной стороны, организм с такими новообразованиями уживается плохо. То есть речь идет именно о патологии. С другой же — сама распространенность подобных патологий не может не наводить на мысль, что таким странным способом организм иногда просто стремится обезопасить себя от регулярного поступления в него неких непригодных к употреблению веществ извне. Скажем сразу, что последнее в реальности почти не встречается. Тем не менее подобие механизма образования различных твердых осадков в окружающей среде механизму появления камней в органах породило не одни методы лечения.

В среде неспециалистов часто можно встретить вольные интерпретации в духе того, что камни может вызывать избыток поваренной соли или соды, других минеральных веществ в воде или продуктах питания. На деле так бывает лишь в исключительных случаях. Впрочем, встречаются и они. И потом: если эти случаи — исключение, то как нам тогда называть правило? Правило, гласящее, что более чем в 70% случаев медицине так и не удается установить истинную причину образования камней у данного конкретного пациента?

В целом мы видим, что проблема перед нами многогранная и сложная. При ее изучении нам могут встретиться и слухи, и откровенный вымысел, и элементы пропаганды неведомо чего непонятно зачем. А в это время врач лишь будет разводить руками при виде очередной неудачи в лечении. И дело вполне может кончиться тем, что мы, не видя иного выхода, поддадимся панике. И займемся уж вовсе нелепыми методами «растворения» камней «целебной» водой или волнами. Нас-то можно будет понять: камни — это не подарок, и непритворная растерянность врача здесь терпения продолжать не прибавляет.

Но ведь действовать разумно, с пониманием сути проблемы, всегда лучше, чем наобум, не так ли? А значит, нам нужно сперва просто разобраться без вымысла и домыслов, с чем мы имеем дело. Зная это, мы сможем оценить истинную эффективность самых «чудодейственных» приборчиков и мазей в мире — лишь бы на них было написано, что за волны они излучают или из чего состоят. А там, вполне возможно, мы даже сможем оказать нашему теряющемуся в догадках лечащему врачу посильную помощь. И совместными с ним усилиями добьемся того, на что уже потеряли всякую надежду, — избавления от злосчастных «элементов ландшафта» в собственных органах.

Что такое камни в органах и как они в них появляются

Камни различных органов возникают из разных элементов, очень отличаются по структуре, размеру и цвету. Безусловно, в самом процессе их появления имеется множество общих мест, но внешнее подобие не всегда является подобием истинным. Как мы сказали только что, народное, непрофессиональное толкование механизма появления камней обычно мешает пониманию его сути и лечению таких заболеваний сильнее всего. Потому для начала расставим точки над «i», расчистив место для знаний за счет освобождения от некоторых заблуждений.

Известно и понятно, что для нормального строительства клеток, а также ряда обменных процессов и химических реакций человеческому телу требуется множество минеральных веществ и микроэлементов. Минералы и микроэлементы — это и есть то, из чего состоят камни в природе. К ним относятся металлы, углерод, кальций, калий, марганец и магний, соли многих кислот — и т. д. и т. п. Разумеется, такое разделение не выглядит строгим с точки зрения химии. Она считает, что металл — это одно, а минерал — совсем другое. Мы тоже так считаем. Но дело в том, что мы рассматриваем их сейчас как часть рациона, а не таблицы Менделеева. А в качестве компонента полноценного питания все эти вещества относятся к микроэлементам — тому, что требуется нашему телу в микроскопических, очень маленьких дозах.

Роль компонентов рациона в развитии обменных заболеваний

Итак, ежедневно этих веществ нам требуется совсем немного. Потому долгое время мы можем совершенно не замечать, что они поступают в наш организм в избыточном или, наоборот, недостаточном количестве. Абсолютное большинство современных людей постоянно испытывает дефицит более половины веществ из списка минералов и микроэлементов — это объективный, доказанный факт. Наиболее острый дефицит мы испытываем по части золота, селена, йода. Эти три компонента получить извне сложнее всего, ведь золото содержится лишь в дыне, тыкве, бананах и кукурузе. Селен в пригодной к усвоению форме вообще присутствует лишь в шампунях против перхоти и нескольких продуктах, которые можно сосчитать на пальцах одной руки. Уже доказано, что так называемая перхоть (себорейная экзема) является результатом грибковой инфекции только в 20% случаев. А остальные 80% — это острый дефицит селена, холестерина, витамина Е, витамина А.

Пусть это и не имеет прямого отношения к нашему вопросу, зато имеет, и самое прямое, к перхоти и патологиям щитовидной железы. Потому добавим: селен можно найти в белых грибах и грибе вешенка, а также мякоти кокоса и фисташках. Что же до йода, то его вполне хватает лишь жителям приморья. То есть обитателям морских берегов по всей планете — независимо от того, о теплых ли или о холодных морях идет речь. Лишь бы в этом море росли пригодные к употреблению водоросли и водилась съедобная рыба. Сухопутным же обитателям нашей планеты йода недостает постоянно. Этот элемент весьма востребован в организме, поскольку гормоны щитовидной железы синтезируются и расходуются в теле весьма активно. А для подсчета источников его поступления опять хватит пальцев одной конечности — морские водоросли, строго ограниченное число видов морской рыбы и спиртовой раствор йода из аптеки. Йодированная соль не покрывает этого дефицита даже наполовину. А таблетки и консервы из ламинарии, продаваемые в далеких от моря регионов, обладают одним общим недостатком. А именно тем, что йод — элемент химически неустойчивый. Он распадается при простом хранении в течение полугода, а при нагреве процесс может занять вообще несколько минут.

Полагаем, даже приведенных примеров уже будет достаточно для понимания истинных масштабов бедствия. Всего этого могло бы и не быть, если бы мы ощущали дефицит минералов и микроэлементов так же сильно, как мы ощущаем ограничение в сахаре или, допустим, белках. Да, белки, жиры, углеводы - на то и основные элементы рациона, чтобы ограничение по ним начало сказываться на нашей жизнедеятельности немедленно и весьма заметно. А вот нехватку второстепенных компонентов мы чувствуем далеко не так остро. Плюс, даже когда у нас имеется не только она, но уже и ее прямые последствия, мы обычно не соотносим одно с другим. Проще говоря, мы просто не подозреваем, что между конкретным заболеванием и конкретным веществом может быть самая прямая взаимосвязь.

Это, конечно, странно, но это так. Нам, вроде бы, хорошо известно, что серьезные, необратимые заболевания щитовидной железы часто наступают из-за простого дефицита йода. Многие даже знают, что распространенная в прошлом среди моряков цинга являлась результатом дефицита витамина С. Тем не менее мы часто совершенно не готовы предположить, что и наша болезнь могла развиться из-за недостатка или избытка какого-то элемента. Как будто тот факт, что мы, современные люди, питаемся вроде бы разнообразнее наших предков, гарантирует нам лучшее качество состава пищи. Если мы взглянем на современные технологии хранения и переработки продуктов, мы поймем, что разнообразие продуктов на нашем столе достигается за счет именно обеднения их реального состава. И как раз теми веществами, которые мы рассчитывали получить при их употреблении.

За примерами далеко ходить не нужно. Как довезти свежие и полностью созревшие фрукты из одной страны в другую? Казалось бы, в рефрижераторе.
Но все не так просто. Между странами пролегают границы, и существует таможенный контроль. На оформление всех документов к данной партии фруктов тоже требуется много времени. Естественно, это создает очереди, которые еще растягиваются потому, что на досмотр каждой машины, даже с одинаковым грузом, тоже нужно время....

Легко понять, что даже при идеальной работе всех механизмов международного сотрудничества срок, который проведут в пути экзотические фрукты, составит не менее месяца. Как правило, реальный срок «переезда» товаров из одной страны в другую занимает не менее двух месяцев. Можем ли мы представить себе состояние свежих фруктов после того, как они пролежат в нашем домашнем холодильнике даже две недели?.. Можно спросить и иначе: какой рефрижератор продержит их свежими все это время? Правильный ответ — никакой.

Как видим, попадающие на наш стол продукты, привезенные из других стран, ради сохранения их товарного вида были подвергнуты явно не только охлаждению. Что до овощей и фруктов, то их обычно просто собирают наполовину зелеными. То есть весьма далекими от зрелости. Все же прочие продукты прибывают на прилавок магазина в консервированном, засушенном в пыль или замороженном до критических температур виде. Что остается в таких продуктах от их изначального состава? Очевидно, что ничего или почти ничего.

К чему мы так подробно говорим о скрытых от наших глаз элементах рациона, их постоянном дефиците и причинах этого дефицита? Дело в том, что вся съеденная нами пища расщепляется сперва в желудке, а после — в двенадцатиперстной кишке. Далее она поступает в тонкий кишечник, стенки которого всасывают уже готовые к употреблению вещества. Остается вопрос: к какому употреблению?

Ответ на него очевиден — к употреблению клетками тела и тканями, которые они образуют. К тому, чтобы в клетках начали происходить обменные реакции, которые приведут к распаду начальных элементов и появлению новых. Все их не вспомнить и не перечесть — специалисты в области медицины изучают их всю жизнь. Но нам сейчас не требуется знать все — ведь мы не врачи и не претендуем на область их компетенции. Нам важно только понять, что любые обменные процессы — это обычные химические реакции, протекающие по законам химии. А законы химии таковы, что если в какой-то типичной реакции отсутствует один из ингредиентов, необходимых для ее прохождения, вся реакция отменяется. Даже если остальных элементов будет достаточно или в избытке, мы можем окуривать колбу благовониями и читать над нею заклинания, пока не надоест, — реакция так и не начнется.

Таким образом, нам пора привыкнуть к мысли, что тело человека, животного или растения является, по сути, обычной химической лабораторией, в которой работа проходит постоянно, непрерывно, по одной и той же схеме. Схема проводимых в ней работ — это генетический код, последовательность хромосом, которая досталась нам от родителей и теперь копируется каждой клеткой в момент ее зарождения. Лаборанты — это клетки, а старшие, так сказать, научные сотрудники — органы тела. Начальником данной лаборатории выступает наш головной мозг. Нам же самим в данной аналогии, увы, приходится занять место простых снабженцев. Или, вернее, меценатов данной лаборатории, поскольку при щедрых и грамотно распределенных вложениях в ее работу мы получим право использовать большинство ее достижений себе на пользу.

Но это еще не все. Продолжим нашу аналогию: ясно, что если какое-то производственное предприятие перестанет получать исходные материалы, необходимые для работы, оно попросту остановится. Так будет со сталелитейным цехом, с химической лабораторией, и так будет с нашим телом. А что случится, если часть ингредиентов поступила, зато другая часть — нет?..

Вот с этого момента мы вынуждены оставить взятый выше пример потому, что человеческое тело все-таки не завод и не фабрика. На фабрике всегда есть складские помещения, в которых может храниться, в принципе, все что угодно. При желании там можно хранить даже продукты питания — в течение короткого периода времени и с риском отравиться ими впоследствии.

В человеческом теле склады-то тоже имеются. Их заменяет жировая ткань, покрывающая большинство внутренних органов и образующая подкожный слой. Однако список веществ, которые там можно хранить, определен весьма строго. В основном потому, что назначение жировых тканей в теле тоже определено со всей четкостью. И заключается оно в регулировании теплообмена. Плюс, как выяснилось совсем недавно, они служат хранилищем женских половых гормонов и сами вырабатывают ряд схожих с гормонами веществ — адипокинов.

Все же вещества, которым не нашлось применения из-за отсутствия других ингредиентов для реакции и не нашлось места в жировых клетках из-за неподходящих свойств, обычно выводятся из организма. То есть они могут быть выведены, но могут — и нет. Тот факт, что сейчас, после попадания в организм, они оказываются лишними, сам по себе еще ни о чем не говорит. Ведь бывает же, что мы постоянно переедаем, а лишние по всем показателям углеводы пределов нашего тела не покидают? Конечно, бывает, ведь именно так и образуется лишний вес — из той части жиров и углеводов, что поступила сверх количества, которое требовалось для удовлетворения голода. Организм раз за разом стремится сохранить этот излишек потому, что сахар и все, из чего его можно получить, является для него жизненно важным веществом. Предполагая возможный экстренный расход сил или неожиданный голод, наше тело стремится отложить избыток необходимых веществ на долговременное хранение, пока они есть. А это значит, что совершенно аналогичным образом он может и будет поступать со многими другими компонентами рациона.

А в сумме мы получаем следующую картину: организму для нормальной работы нужен некий набор вешеств. В этом наборе одно вешество всегда должно поступать в паре с несколькими другими.

Кстати, вещества-антагонисты тоже существуют. Их немного — куда меньше, чем парных веществ. Но их прием лучше и впрямь разделять во времени — хотя бы несколькими часами. Впрочем, это — отдельная тема, к которой мы еще вернемся.

Если одно вещество из пары есть, а второго нет, оно не вступит в нужную реакцию превращения и не усвоится. Вернее, кишечник-то исправно доставит его в кровоток. Но мы же понимаем, что данный этап — еще далеко не весь процесс усвоения продукта. А далее кровотока дело здесь, как раз, не пойдет. Вещество пробудет некоторое время в крови, а после организму придется решать, что с ним делать. Мы думаем, что, если попавшее в кровь вещество нетоксично, много бед оно не наделает — выйдет с отходами, да и все.

Наше же тело нередко думает совсем иначе: у него существует заложенный природой биологический механизм откладывания запасов. Такова логика работы головного мозга, и от нас она почти не зависит. То есть когда мы уж слишком настойчиво вмешиваемся в желание нашей коры сделать запас «на черный день», вместо искомой нормализации аппетита мы часто получаем более глубокое расстройство. Например, анорексию (полное исчезновение аппетита и чувства голода) или ее антипод — булимию (народное название «жор» отражает суть заболевания в полной мере).

В итоге ряд вовсе не лишних и не бесполезных веществ, поступивших в наше тело, может оказаться и лишним, и бесполезным, и опасным. Последнее — потому, что места в жировых тканях для него нет. Да и выделительная система тоже не приспособлена к его обработке и выведению. Таким веществам становится буквально некуда деваться. И где они найдут себе место, никто не может предсказать — в суставах ли, в полостях ли внутренних органов, в костном ли мозге или в самих пористых костях...

Мы же обо всем этом часто даже не догадываемся. Не догадываемся, потому что, признаемся себе честно, мы не знаем ни того, что должно поступать в наш организм ежедневно, ни какие из этих веществ с какими связаны.

Мифы и реальность о возникновении камней в органах

Довольно редко, но отнюдь не в порядке исключения, человек может родиться с наследственной, заложенной на уровне генетического кода ошибкой обмена веществ. Если мы вспомним нашу параллель с химической лабораторией, то поймем, что речь идет об-ошибке в уставе, правилах техники безопасности или правилах проведения экспериментов. Конечно, лабораторную ошибку можно исправить, а вот наследственную — пока нет. К сожалению, если уж какая-то реакция в нашем теле протекает не так, как у всех, с самого рождения, нам придется бороться с этим недостатком всю жизнь.

Но такие случаи попадаются редко. Куда чаще обменные процессы нарушаются с возрастом, после долгого периода, когда мы вынуждали их проходить в ненормальном порядке, ежедневно совершая по незнанию один и тот же промах. Организм и сам склонен к таким нарушениям как части процесса старения. Это вполне естественно, ведь с возрастом многие реакции замедляются или начинают требовать других условий протекания. А мы еще подливаем масла в огонь...

Третий случай появления ошибок в некоторых реакциях — заболевание одного из органов, участвующих в их проведении. Оно может не иметь к обмену веществ никакого отношения и являться результатом травмы, злокачественной опухоли, инфекции. Однако отпуск, больничный или увольнение старшего научного сотрудника, разумеется, не может не привести к нарушению и прекращению работы всего отдела. Особенно если его некем заменить.

В общем, причин, по которым та или иная химическая реакция может начать проходить не так, как следует, или вовсе прекратиться, нас окружает множество. Суммируем те, о которых мы уже сказали, и добавим оставшиеся «за кадром».

К нарушению распорядка работы лаборатории, именуемой телом, могут привести:

  • врожденные обменные патологии;
  • дефицит ряда участвующих в реакциях веществ — особенно устойчивый, длящийся более полугода;
  • приобретенные патологии органов, участвующих в превращениях или синтезирующих необходимые для них компоненты;
  • естественные возрастные изменения в схемах протекания этих или смежных реакций;
  • внешние факторы, затрудняющие обменные процессы или делающие их невозможными. Например, аномальные условия жизни — чрезмерная активность, гиподинамия, голод, другие губительные для всего живого факторы. Сюда может относиться также интоксикация, облучение, прием многих влияющих на метаболизм и гормональных препаратов.

Все это приводит не только к нарушению самой реакции. По результатам ее прекращения или замедления в теле перестают вырабатываться какие-то вещества, белки или гормоны. А также строиться новые клетки, зависящие именно от этих продуктов. То есть продуктов собственного синтеза организма. Плюс, вещества, ранее участвовавшие в данной реакции, начинают откладываться буквально где попало. Органы и ткани, оказавшиеся в роли этого «где попало», тоже отказывают или начинают работать с перебоями. Ну и как один из вариантов самоотравления продуктами, которые вдруг стали лишними, можно назвать появление аутоиммунного заболевания. То есть как бы аллергии на вещество, засоряющее внутреннюю среду организма.

Как следует из логики нашего тела, как раз у проникших в ткани по-настоящему лишних веществ несравнимо больше шансов подвергнуться атаке иммунитета. Иначе говоря, быть блокированными иммунными тельцами еще в кровотоке и благополучно покинуть тело в самом скором времени, всем известным путем. Из-за непонимания именно этого основного правила работы организма мы часто думаем всерьез, что к образованию камней могут приводить некие неусвояемые соединения из воды или пищи, которую мы едим.

Наша ошибка в том, что мы при этом напрочь забываем о существовании в нашем теле иммунной защиты. Любая инородная молекула или микроорганизм вызывает нормальную, здоровую реакцию иммунитета. Иммунные тельца захватывают эту молекулу или иного агрессора, обезвреживая ее. Даже если поглотить и разрушить ее невозможно, дальнейший путь буквально облепленного лейкоцитами инородного тела строго определен. Такой тандем не усвоит ни одна клетка и отвергнет любая ткань. А органы выведения четко опознают его как нечто, от чего следует избавиться, и поскорее. Все. к чему прикреплены тельца иммунной системы, выводится из тела в первоочередном порядке — альтернативы здесь нет.

Да, иммунная система организма тоже подвержена заболеваниям. Она может вяло реагировать на некоторые вещества и возбудителей из-за общего ослабления. Она может, демонстрировать чрезмерно острую реакцию на некоторые совершенно естественные вещества и процессы. В последнем случае это называется аутоиммунной патологией. Но непосредственно к появлению камней приводит лишь одно аутоиммунное заболевание — подагра. И образуются эти камни опять не из чужеродных, а из собственных веществ организма. На чужеродные же, как правило, срабатывает даже почти полностью разрушенный иммунитет. Другое дело, что он не может остановить замеченное вторжение самостоятельно...

В любом случае камни образуются годами. Потому предположить, чтобы все это время ненужное вещество продолжало поступать, не вызывая ровно никакой реакции иммунной защиты, достаточно сложно. Ну, или у нас, как минимум, ВИЧ, а как максимум — СПИД... Что ж, тогда, согласимся, камни — это наименьшая из наших проблем. И на нее при таком букете можно вовсе не обращать внимания.

А поскольку мы абсолютно уверены, что наш иммунитет продолжает работать как надо (прямое тому доказательство — сезонные простуды), мы можем быть уверены, что обнаруженные камни — тоже наши. Они не «приплыли» к нам из водопроводной трубы и не «выпрыгнули» из солонки на столе. Они служат признаком серьезного и, скорее всего, масштабного обменного расстройства. Расстройство это никогда не возникает просто так, без причины. И причину эту не найдешь в плохом качестве воды или тем более щепотке поваренной соли в тарелке.

Кстати, о соли. Не секрет, что при почечных камнях, артрозе, подагре и еще ряде заболеваний, сопровождающихся отеками, врач требует от пациента
отказаться от употребления «белой смерти». Знаменитый хлористый натрий получил такое нелестное прозвище еще во времена, когда его подозревали в способности вызывать артрит и ускорять развитие атеросклероза. Оба предположения ученых не подтвердились и давно уже отставлены в сторону как ложные. А «кличка» осталась. Равно как и мнение, будто хруст, а также шиловидные разрастания в суставах вызываются отложением соли или солей — соединений других веществ с кислотами.

На самом деле на данный момент уже совершенно ясно, что хруст в суставах объясняется старением и разрушением хрящей. Кости при этом сближаются и начинают буквально тереться друг о друга. Это вызывает сперва хруст, а потом и вялотекущее воспаление. Пытаясь защитить свои ткани от постоянных травм, кость сама запускает ускоренный рост клеток в местах, где травмы наблюдаются чаще всего. Так что шипы образуются из такой же кости, что и весь скелет, а вовсе не из инородных веществ любого толка.

По поводу роли хлорида натрия в развитии атеросклероза современное научное мнение таково: он не принимает никакого участия в процессе засорения сосудов холестериновыми бляшками или их затвердевании. Как оказалось, бляшки твердеют, пропитываясь солями кальция. Ясно, что кальций принципиально необходим для поддержания прочности всего опорно-двигательного аппарата. Оттого хотя ингибиторы кальция в последнее время и назначаются в составе терапии атеросклероза, и мы,  врач должны понимать последствия такого назначения.

Этот шаг является мерой отчаяния — атеросклероз в настоящее время эффективно лечить никто не умеет. И все из-за одной большой загадки: никто до сих пор не может понять, почему печень производит белковые контейнеры, способные только прилипать к стенкам сосудов. Науке уже известно, что часть холестериновых контейнеров легко усваивается тканями и в кровотоке не задерживается. Контейнеры этого типа называются «хорошим» холестерином, или липопротеидами высокой плотности (ЛПВП). А к атеросклерозу приводит «плохой» холестерин — ЛПНП, или липопротеиды низкой плотности. Но оба типа контейнеров производит один орган — печень. И кстати, начинка в них содержится одинаковая — разница ограничивается только размерами контейнера и типом белков, его образующих. Так вот, зачем печень производит «хороший» холестерин, понятно — он расходуется для строительства клеток и синтеза желчи. А зачем она вырабатывает «плохой», ученым пока выяснить не удалось.

Ингибиторы кальция чреваты хрупкостью костей и множественными переломами. Но другие препараты против атеросклероза значительно опаснее. Они вызывают желчнокаменную болезнь, цирроз, отказ и рак печени. Многие приводят к некрозу и отторжению скелетных мышц. Так что как видим, выбора в этом отношении у медицины просто нет. Но нам сейчас важно не это, а то, что в развитии пагубных последствий атеросклероза участвует вовсе не соль, а куда более незаменимый для организма, нимало на нее не похожий элемент.

Теперь другой момент — фиксация бляшек на стенках сосудов. Они крепятся к стенкам нитями одного из белков, постоянно присутствующих в плазме крови. Этот белок зовется фибриногеном. И именно он сворачивается в тромб в месте, где произошел разрыв другого кровяного тельца — тромбоцита. Фибриноген составляет тесный тандем с тромбоцитами крови, потому его присутствие в крови вполне нормально. Избавляться от фибриногена ни в коем случае нельзя — даже в целях лечения атеросклероза. Без него кровь перестанет сворачиваться, даже если тромбоциты останутся на своем месте. Сами же атероматозные бляхи являются белковыми контейнерами, которые переносят в крови не способные раствориться в ней вещества — молекулы жира и холестерина. Иными словами, поваренной соли здесь тоже нет и в помине.

Так что поваренная соль и впрямь никак не участвует в засорении сосудов и не влияет на их состояние. Ее кристаллов нет ни в только что образованной и мягкой, ни в затвердевшей бляшке. Тем более требование отказаться от соли не связано с опасением, будто она может хоть при каких-то обстоятельствах вызывать появление камней. Дело в том, что соль принимает самое непосредственное участие в синтезе АДГ — антидиуретического гормона.

Этот гормон производится надпочечниками, а роль его ясна из названия: под действием АДГ все ткани тела начинают лучше удерживать и экономнее расходовать находящуюся в них воду. Кроме того, АДГ напрямую регулирует активность почек. Го есть при повышении его концентрации активность почек снижается, а при понижении — повышается. Именно кратковременным, но сильным угнетением синтеза АДГ алкоголем объясняются неудержимые и частые позывы к мочеиспусканию в состоянии алкогольного опьянения. А также увеличенная в несколько раз потливость и жажда по итогам ускоренной потери жидкости, которую мы испытываем, когда протрезвеем. Иными словами, этиловый спирт — это естественный антагонист АДГ и отличное средство быстро вывести из организма какое угодно количество жидкости...

Таким образом, достаточное и избыточное количество соли в организме приводит к склонности тканей удерживать воду. А ее дефицит облегчает процесс выведения жидкости за счет стимулирования активности почек. И смысл противопоказания на самом деле в том, что при мочекаменной или почечнокаменной болезни функции задетых органов обычно сильно нарушены. Почки не справляются со своими обязанностями — отсюда отечность тканей, гипертония и прочие признаки почечной недостаточности. А врач лишь стремится стимулировать их к работе естественным путем. В данном случае — сняв наложенное природой ограничение на их работоспособность. Оттого запрет сей не имеет никакого отношения к самим камням — только к последствиям их наличия в почках.

Итак, из инородных, чужих для организма веществ камни образуются лишь в единичных, исключительных случаях. Да и даже тогда причиной появления камня становится явно не сам инородный предмет, а совсем другой процесс — точнее, его нарушение. Камни никогда не возникают просто так. При норме протекания всех обменных реакций им физически не из чего образовываться. Ведь подлежащие выведению остатки переработанных органических и неорганических веществ химически инертны. А значит, они почти неспособны к созданию новых соединений.

Поэтому мы должны понимать, что какой-то один, конкретный элемент, поступающий в организм с водой или пищей, просто не может быть обвинен в наших несчастьях. Исключение из этого правила лишь одно — унаследованная от родителей неспособность нашего организма усваивать и применять данное вещество по назначению. Во всех же остальных случаях мы должны помнить, что у каждого элемента рациона имеется своеобразный «спутник» — другое вещество, необходимое для участия в общей для них реакции превращения. Оттого 90% случаев появления камней в различных органах связано с диспропорцией содержания таких парных веществ в организме. Причем речь идет не только о количестве их суточного поступления извне. Сюда же необходимо отнести и случаи, когда из-за патологии какого-либо органа в теле прекращается обработка или выработка одного из веществ — участников реакции.

Камни в различных органах человека

Камни встречаются в почках, мочевом пузыре, желчном пузыре. Окаменев в прямом смысле слова (пропитавшись солями кальция) могут мышцы и легкие. Существует также наследственное заболевание — остеопетроз, при котором слишком уж сильному затвердеванию подвергаются кости скелета больного. Иными словами, при остеопетрозе части скелета больного из костей тоже превращаются в камень. Кроме того, камни могут попадать из желчного пузыря в поджелудочную железу и печень. Но они не образуются в этих органах — только попадают туда. Сравнительно редкие случаи образования камней связаны со слюнными железами в ротовой полости, а также с возникновением зубного камня. В других органах камни сами не появляются, хотя могут оказаться там пс случаю редкого невезения.

У каждого органа, в котором могут возникнуть камни есть своя специфика работы. В частности, та, что он работает преимущественно с разными материалами. А это значит, что в печени, поджелудочной и желчном пузыре чаще всего обнаруживаются камни из холестерина. В свою очередь, в почках и мочевом пузыре у нас могут найти ура-ты, фосфаты, оксалаты, органические камни.

Однако здесь немало и исключений, при которых камни, образовавшиеся в одном органе, создают проблемы уже органу другому. Хотя возникнуть там они не могли. К примеру, холециститом называется патология, при которой в мочевом пузыре оказываются желчные камни — камни, состоящие из холестерина.

Как правило, у больных одним типом камней другие не появляются. Тем не менее многие камни имеют смешанный состав — на срезе их структура выглядит явно слоистой. Кроме того, у камней в разных органах бывает одна причина. Скажем, определенные виды желчнокаменной болезни нередко сопровождаются и мочекаменной болезнью. А все потому, что оба вида камней иногда образуются за счет одного компонента — солей кальция. Такое бывает при нарушении кальциевого обмена. Допустим, при выраженной диспропорции в поступлении фосфора и кальция, при остеопорозе, при ряде врожденных и приобретенных патологий формирования скелета. А «виновна» в них может быть не только генетика (карликовость, остеопетроз, др.), но и щитовидная железа (базедова болезнь), и даже патология гипофиза (гигантизм).

Холестериновые камни желчного пузыря образуются исключительно из холестерина. Никаких солей там нет. Присутствие холестерина в желчи неудивительно — она состоит из него более чем на 90%. Холестериновые камни никогда не возникают по причине воспаления. Причин у них может быть две. Первая — это плохая проходимость желчных протоков, в результате которой желчь застаивается и формируется камень. А вторая — это лечение атеросклероза или его последствий. Например, препараты, неизбежно вызывающие желчнокаменную болезнь, назначают после инфаркта миокарда, при стенокардии, после инсульта.

Что такое ураты, мы уже знаем. А вот фосфаты — это тема интересная. Они очень часто связаны с кальциевым обменом. Дело в том, что кальций и фосфор — это два элемента, связанных между собой гораздо теснее, чем мы привыкли думать. Пропорция, в которой они поступают в организм, должна быть примерно равной. Фосфор в свободном состоянии, как мы знаем, является для организма смертельным ядом. Потому он связывается кальцием и, в свою очередь, помогает его молекулам быстрее встроиться в костную клетку. Из чего и следует, что избыток кальция по отношению к фосфору — это проглоченный безо всякой пользы компонент. А избыток фосфора — это то, что заставит организм найти для него лишние молекулы кальция любой ценой, чтобы не погибнуть.

В последнем случае организм, не получая нужный кальций извне, начинает искать его запасы внутри — в костной ткани. У него имеется механизм экстренного высвобождения кальция из уже сформированной кости. Правда, достигается это повышением ее хрупкости... Так или иначе, избыток фосфора — это фактор, благодаря которому у нас вслед за фосфатами в почках быстро появятся и кальциевые камни в желчном пузыре. Кстати, текстура многих фосфатов на срезе в точности отражает суть проблемы — слои соединений фосфора перемежаются слоями солей кальция. Само собой разумеется, что камни обоих видов в этой паре являются весьма надежным признаком увеличения хрупкости костей всего опорно-двигательного аппарата.

Откуда в нашем организме берется избыток фосфора, если мы не живем у моря и не питаемся одной рыбой? Времена, когда дефицит этого элемента можно было пополнить лишь путем употребления в пищу «даров моря», давно прошли. С тех пор как химия открыла некоторые свойства солей ортофосфорной и пирофосфорной кислот, фосфора мы получаем предостаточно. Причем именно усвояемого — такого же, как, в сущности, и в рыбе. Фосфор этот содержится в колбасе, куда его добавляют в качестве текстуратора и антиоксиданта Он содержится во всех обильно пенящихся напитках и средствах бытовой химии — именно из-за свойства давать густую пену. Если мы подсчитаем, сколько раз на дню наша кожа контактирует со средствами личного или бытового ухода, нам даже не понадобится учитывать количество выпитой газировки. Совершенно очевидно, что в пересчете на количество рыбы мы, так сказать, съедаем ее теперь в более чем достаточном количестве.

Другой вид камней, образующийся именно из солей кислот, — это оксалаты, по сути состоящие из солей щавелевой кислоты. В общем числе случаев мочекаменной болезни оксалаты камни составляют небольшой процент. Скажем, уратные и фосфатные (а также фосфатно-кальциевые камни) встречаются значительно чаще. Особенно если говорить о чистых с химической точки зрения оксалатах. Они сравнительно редки потому, что щавелевая кислота в принципе попадает в организм в куда меньших количествах, чем вырабатываемая в нем постоянно мочевая кислота. Оттого условия и общая нагрузка на обмен веществ с этой стороны изначально неравна. А более половины случаев оксалатных камней связано не столько с проблемами нашего образа жизни или пищевыми привычками, сколько с наследственной предрасположенностью. К тому же ураты свободно появляются в результате почечной недостаточности. А она может наступить по массе самых разных причин. Зато на появление оксалатных камней работа почек не влияет — влияет только «исправность» обмена щавелевой кислоты.

Наконец органические камни, как и камни холестериновые, никак не связаны ни с какими солями. Органические камни образованы белком. Точнее, белками крови, которые начинают просачиваться в мочу вместе \ с целевыми элементами — мочевиной, креатинином (кстати, это тоже белок) и мочевой кислотой. Причиной появления белков крови или плазмы там, где их быть не должно, является дегенерация фильтрующих тканей почки — паренхимы. Иными словами, органические камни — это не более чем одна из форм нарастающей почечной недостаточности. Причин у нее может быть много.

Например, хроническое воспаление почек (правда, только зашедшее уже весьма далеко), врожденные дефекты формирования белков плазмы и крови, дефекты строения самих почек. Последние могут появиться как в результате аномалий внутриутробного развития, так и в качестве отдаленного последствия патологии, перенесенной несколько лет назад.

Но если брать в целом, органические камни тоже встречаются реже уратов, фосфатов, холестериновых камней. Объяснение закономерности — аналогичное. Атеросклероз (холестериновый обмен), подагра (выделительная система) и фосфатно-калъциевые камни (кальциево-фосфорный обмен) встречаются чаще потому, что причины их появления распространены больше. Что до обызвествления таких тканей, как мышечная или легочная, то отдельные камни там не появляются. Ткани, которые пропитываются солями кальция, сохраняют свою форму — легких или мышечного волокна. В итоге органы, подвергшиеся обызвествлению, становятся похожи на собственный гипсовый слепок — такой же твердый и одновременно хрупкий, как гипс. С той лишь разницей, что образуются они с участием не раствора алебастра, а все тех же солей кальция.

Кстати, нередко обызвествление настигает и кровеносные сосуды. Да, оказывается, они тоже могут окаменеть. Это заболевание, как и туберкулез легких, известно каждому, и называется оно атеросклерозом.

Изначально к стенке сосуда прикрепляется мягкая бляшка, образованная белковой оболочкой, внутри которой находятся молекулы холестерина. Но со временем прилипшая бляшка, если она, конечно, никуда не денется со своего места, начинает пропитываться уже знакомыми нам солями кальция. Причем вместе с участком сосудистой стенки под нею Разумеется, вся конструкция при этом твердеет Потому атеросклероз так опасен — не самим сужением просвета сосуда, нет.

Если бы сосуд только сужался, при сохранении стенкой гибкости она бы легко растягивалась под напором крови. Это было бы нехорошо, но не смертельно. Однако при атеросклерозе стенки сосудов каменеют вместе с бляшкой. Оттого при повышении давления крови ее тельца рвутся, цепляясь за шершавую поверхность нароста. Или, как вариант, стенка сосуда лопается, не выдержав возрастающего напора в этом месте.

Итак, ответим на вопросы. Имеет ли место отложение солей различных веществ в организме? Безусловно.

Относится ли отложение солей ко всем заболеваниям, в которых мы привыкли его видеть? Конечно нет.

Является ли отложение солей нашей главной проблемой даже в случае, если оно есть? Нет, поскольку у него тоже есть своя причина — нарушение, без которого оно не наступило бы. А это значит, что и устранять нам нужно не само отложение, а его первопричину. Вернее, в нашем случае одно автоматически означает другое.

Наконец, последний вопрос: какой термин использует медицина там, где мы привыкли поминать «отложение»? Как уже очевидно, наше «отложение солей» — это то, что в науке называется обменным нарушением.

Заодно мы сами можем видеть, что часть заболеваний, которую мы ранее причисляли к интересующей нас группе патологий, нам на самом деле рассматривать не придется. В частности, это касается всех проблем опорно-двигательного аппарата, возникающих не вследствие подагры, а самостоятельно. Как мы помним, скрип или хруст в суставе обычно не связан с появлением в нем новых формаций — нам так только кажется.

Шипы, создающие боли и его тугоподвижность, тоже не относятся к обменным проблемам. Организм запускает их рост, если угодно, намеренно — чтобы зафиксировать сочленение, которое к тому моменту и так потеряло способность к движению. Точно так же, обызвествление легких и мышц начинается из-за вялотекущего, длительного воспаления в их тканях. Фактически почти по схеме образования суставных шипов. Только если в случае с суставами и мышцами воспаление вызвано хронической травмой (без участия инфекции), то в легких оно запускается бактерией — палочкой Коха.

А стало быть, на рассмотрение нам достаются мочекаменная, желчнокаменная болезнь и подагра. Как уже было сказано, камни встречаются и в других органах, однако сценарии их появления не связаны с обменом веществ. В других органах они либо не образуются (попадают из соседнего, больного органа), либо образуются, но по причинам сугубо местным. Скажем, из-за воспалительного или злокачественного процесса в органе, наличия механического препятствия в его протоках и пр.

Кроме того, мы оставим «за кадром» и несколько вариантов каменной болезни — тех, что связаны с появлением камней как бы не солевых. А именно, холестериновых и органических — белковых, образованных тельцами возбудителей заболеваний, любыми другими посторонними предметами или продуктом секреции каких-либо новообразований в органе

  • Оцените материал
    (0 голосов)
  • Прочитано 11455 раз
  • Цирроз печени
    Цирроз печени Истинный цирроз печени представляет конечную, практически необратимую стадию хронических диффузных гепатитов...
  • Базедова болезнь
    Базедова болезнь Базедова болезнь в основном характеризуется усиленным тканевым обменом и повышенной реактивностью нервной системы…
  • Тиреоидит щитовидной железы
    Тиреоидит щитовидной железы Термин «тиреоидит» охватывает воспалительные заболевания щитовидной железы с различной этиологией…
  • Синдром Кушинга
    Синдром Кушинга Хронический избыток глюкокортикоидов, независимо от своей причины, обусловливает симптомы и признаки…
  • Бронхоспазм
    Бронхоспазм Бронхоспазм — состояние острой дыхательной недостаточности, которое возникает в результате бронхиальной обструкции…
  • Гипертонический криз
    Гипертонический криз Развитие гипертонического криза сопровождается следующими симптомами...