Главная»Здоровье»Медицина»Неврология»Жизнь после инсульта: борьба с причинами и следствиями

Жизнь после инсульта: борьба с причинами и следствиями

Жизнь после инсульта: борьба с причинами и следствиями

В сущности, непосредственно инсульт лечится только с помощью скальпеля.

В случае с сердечной мышцей тромб иногда удается удалить медикаментозно - путем введения дополнительной порции гепарина или иного тромболитического препарата. Однако доступность сосудов головного мозга для подобных манипуляций сама по себе оставляет желать лучшего. Да и последствия таких процедур часто оказываются непредсказуемыми: результата можно не достичь из-за особенностей расположения тромб; и поведения гематоэнцефалического барьера... Словом, такой вариант терапии не исключается и применяется. Но — примерно в равной пропорции с другими видами вмешательства.

Когда мы говорим о хирургическом вмешательстве как способе лечения инсульта, мы имеем в виду не существование альтернативных путей удаления тромба. Дело в том, что операция в этом деле становится лишь первым этапом длительного, тянущегося иногда годами процесса. В частности, после устранения самого препятствия возникают вопросы, почему оно появилось, какова вероятность скорого повторения эпизода и что нужно сделать, чтобы этого рецидива избежать.

Естественно, в подавляющем большинстве случаев причиной всему является засорение коронарных и других прилегающих к головному мозгу артерий холестериновыми бляшками. Причем сама операция по удалению тромба на текущее состояние сосудов никак не влияет. Для предотвращения рецидива с их стороны нужны отдельные, комплексные меры.

Коротко вспомним главное для нас:

  1. Холестериновые бляшки налипают на стенки артерий, затем крепятся к ним фибриновыми нитями, затем пропитываются солями кальция и затвердевают.
  2. Новый слой бляшек свободно накладывается на уже существующий, и это постепенно сужает просвет сосуда. Причем за счет затвердевания и стенки сосуда под бляшками каждый последующий слой ложится быстрее предыдущего — на «деревянной» стенке бляшкам крепиться всегда легче.
  3. Постепенное сужение коронарных артерий приводит к повышению артериального давления на закупоренных участках, поскольку сердце стремится сохранить необходимую скорость и силу тока крови по всей протяженности сосудистой сетки.
  4. Разумеется, кровеносная система головного мозга «попадает под удар» гипертонии первой, поскольку она оказывается в наиболее выраженной блокаде. И именно из-за особенностей своего расположения по отношению к коронарным артериям.
  5. Помимо гипертонии возникает угроза разрыва некоторых телец крови при трении о жесткую, шершавую поверхность бляшек. Как правило, к появлению плавающих, ни к чему не прикрепленных тромбов (эмболов) приводит разрыв тромбоцита или эритроцита. Оба этих тельца содержат одинаковые факторы свертывания, потому их разрушение одинаково опасно. Реже может лопнуть сама атероматозная бляшка — в результате травмы или воспаления в ней. В таком случае в стенке сосуда тоже возникает трещина и, как следствие, кровотечения. Кровотечение в коронарных артериях не так-то просто остановить. В том числе за счет исправно! работы системы свертывания крови. Нередко в таких случаях возникает огромных размеров тромб который полностью перекрывает кровоток в данной конкретной артерии. Этот сценарий — один из наименее благоприятных, поскольку при нем нарушаете я одновременно работа и сердца, и головного мозга. Причем нарушается весьма серьезно, на больш им участке. Обычно подобные приступы носят характер скорее инфаркта, чем инсульта. Однако если работу сердца удается восстановить, дальнейшие трудности всегда бывают связаны с нарушением работы мозга.
  6. Из-за общих причин большинство инфарктов и инсультов сопутствует друг другу. То есть решение вопроса, что наступит первым — инфаркт или инсульт, — зависит от чистой случайности. И на момент закупорки в том или ином месте у пациента налицо обширные, запущенные дегенеративные изменения в органе, который закупорке пока не подвергся, но имеет все шансы подвергнуться ей в ближайшее время.

Так что основная трудность лечения инсульта даже не в том, что об атеросклерозе медицина сейчас знает много, но далеко не все. Она в том, что лечить на тот момент требуется не один, а несколько органов сразу. И рассчитывать каждый шаг терапии с учетом отвратительного состояния не только сосудов самого мозга, но и сердечной мышцы. Это — задача очень сложная. И большинство мер, которые прекрасно подходят для профилактики всех этих явлений, в их лечении уже неприменимы.

Вообще, если до инсульта сердце нас не беспокоило и не беспокоит теперь, врач не станет сам предлагать нам операцию и по поводу атеросклероза. Тем более при таком состоянии коры, в период, когда ее функции явно нарушены, а мы — парализованы. Новое вмешательство тут не то что недопустимо, но крайне нежелательно. Однако мы-то должны помнить, что наша проблема сейчас — не высокое давление, а то, что его вызывает. Потому когда процесс восстановления функций головного мозга пойдет на лад, мы можем взять инициативу в свои руки и проконсультироваться с кардиологом о перспективах таких процедур, как аортокоронарное шунтирование или ангиопластика.

Обе названные методики позволяют в значительной мере (хотя не полностью) восстановить кровоснабжение сердца и головного мозга. Во всяком случае, они заметно приближают его к былой норме. Мы понимаем, для чего мы можем сами открыть тему новой опасной операции, не так ли? Нам, несомненно, назначат множество препаратов для снижения свертываемости крови, нормализации давления, снижения скорости отложения бляшек.. Однако половина этих средств опасна для жизни не меньше, чем повторный инсульт. Особенно при их применении более полугода. И потом, даже их совокупное действие лишь замедляет наступление неизбежного — оно не улучшает состояния самих сосудов и не приводит к регрессу уже имеющихся их патологий. А по некоторым теоретически выведенным данным может в том числе усугублять их...

Препараты восстановительного периода

Как и было обещано выше, расскажем немного о препаратах, участвующих в терапии атеросклероза, и о том, что они собой представляют. Это приблизительное знакомство позволит нам лучше сориентироваться не только в предписаниях врача. Оно также объяснит, почему нам действительно нежелательно затягивать период, проведенный сплошь на этих предписаниях. То есть почему иногда даже шунтирование или ангиопластика (процедуры во многом несовершенные и сомнительные) выглядят предпочтительнее консервативных методов.

Поскольку современная фармацевтика постоянно занята выпуском новых средств (это отдельная, и весьма прибыльная, ветвь мировой индустрии), перечислять названия уже существующих смысла нет. Ведь их список постоянно меняется, да и одно и то же средство в разных странах может называться по-разному. Мы поговорим о продающихся в настоящее время основных типах средств такого рода. А чтобы понять, к какому из них относится препарат, который нам прописали, достаточно взглянуть на вкладыш к нему. Нужное нам указание содержится в разделе «Фармакологическая группа». Итак:

Статины

По времени их изобретения они — далеко не первые средства в лечении атеросклероза. Тем не менее на данный момент именно их следует признать наиболее эффективным вариантом. Во всяком случае, с позиции снижения количества свободного холестерина в крови. Статины отличаются от любых других средств тем, что они блокируют выработку холестериновых контейнеров в печени. Их производители утверждают, что угнетается лишь производство «плохих» бляшек — с рыхлым и крупным ядром. А на синтезе «хороших» (более плотные и меньшего размера) их прием якобы не сказывается никак.

Реальных оснований верить, что так и есть, у нас нет и быть не может. Ведь причины и принципы, по которым печень производит тот или иной вид контейнеров, неясны — наука ничего об этом не знает. А стало быть, она объективно не могла изобрести лекарства для блокировки производства только одних контейнеров — для этого необходимо знать механизм именно их синтеза... Ну, разве что у нее это вышло случайно. Так что если не слишком полагаться на случайности и делать выводы только из фактов, более вероятно, что холестерин перестает вырабатываться в печени вообще.

Как и было сказано выше, статины сильно канцерогенны: случаи рака печени среди лечащихся ими встречаются почти втрое чаще, чем среди тех, кто предпочел оставить свой холестерин в покое. Это притом, что рак печени среди злокачественных опухолей в целом — далеко не самое частое место их локализации. Например, он безнадежно уступает раку легких (первое место в Восточной Европе), колоректальному раку (первое место в Западной Европе), раку молочных желез, предстательной железы, желудка и кожи. В разных странах мира картина того или иного рака разнится. Однако выше пятого места рак печени не занимает вообще нигде Так что удвоение числа заболевших им — это весьма высокий показатель каниерогенности препарата, сопоставимый с ионизирующим излучением. Кроме того, он сам собой исключает возможное влияние каких-то других, посторонних факторов вроде общей предрасположенности пациента. Проще говоря , об индивидуальной особенности здесь речь не идет — это особенность именно самого средства. В нашем случае — средств, поскольку высокую канцерогенность демонстрируют все статины без исключения.
Но и помимо канцерогенности... Статины вызывают цирроз печени — более 80% всех, кто лечится ими, страдают циррозом той или иной степени и скорости развития уже после 2 лет применения препарата. А также закономерные последствия острого дефицита холестерина в организме — хронические расстройства перистальтики и пищеварения, расстройство внимания, мышечные боли и асептические воспаления волокон, нарушения сна, желчнокаменную болезнь. Часть этих осложнений связана с прекращением обновления тканей того или иного органа. А часть, несомненно, с остановкой синтеза регулирующих активность коры гормонов — серо-тонина. адреналина, мелатонина и пр.

Резюме по статинам таково: мы должны понимать, что их назначение сразу после операции оправданно. Во-первых, тем, что они резко снизят скорость развития нашего атеросклероза — причины инсульта. То есть дадут нам время восстановиться после этого печального эпизода с гарантией, что второй не настигнет нас в ближайшие месяцы. Во-вторых, действие современных статинов даст нам еще один немаловажный бонус — если не исчезновение, то значительное ослабление колебаний давления. Об этом в инструкции к препаратам пишут не всегда, но лишь потому, что общественности не всегда следует знать о некоторых эффектах. Ведь, возможно, здоровому человеку не понравится, что в его организме перестанет вырабатываться ряд гормонов, отвечающих за всю его жизнедеятельность...

Но уж коль скоро мы тем или иным путем пришли к нашему положению дел, следует признать, что стабильное снижение синтеза таких веществ, как, скажем, адреналин, это несомненный плюс. При этом подчеркнем особо: статины изменяю" активность коры головного мозга — тем, что нарушается пропорция и количество гормонов, регулирующих ее работу. Иными словами, если у нас имеется повреждение коры, нам (и, главное, врачу) следует быть готовыми к усугублению или, напротив, облегчению некоторых последствий инсульта.

Фибраты

Фибраты — соли фиброевых кислот. Они считаются средством с несравнимо более низкой эффективностью, подходящими скорее для профилактики атеросклероза, чем для лечения его развитых стадий. Тем не менее они, как утверждается, заметно снижают уровень холестерина в крови. Даже несмотря на то, что в крови «уровня холестерина» быть не может — может быть только то или иное количество контейнеров, в которые он «расфасован»...

Фибраты являются сильными желчегонными. Они ускоряют окисление поступивших в организм жирные кислот — продуктов обработки растительного и животного жира. Жирные кислоты составляют часть начинки холестериновых бляшек. И, подобно самому холестерину, используются желчным пузырем для производства желчи. Таким образом, фибраты вынуждают желчный пузырь поглощать большее число контейнеров с холестерином, чем обычно. Процент их эффективности как желчегонных несравнимо выше, чем трав с таким же действием.

Основным, зато распространенным до почти полной неизбежности следствием приема фибратов является желчнокаменная болезнь. Увы, постоянно стимулировать синтез желчи без последствий невозможно — как, впрочем, и синтез любого другого вещества в организме. Риск этого и прочих осложнений от лечения фибратами значительно повышается, если сочетать их прием с низкохолестериновой диетой. Под прочими следует понимать постоянные газы и несварение в кишечнике, расстройства стула. Кроме того, фибраты, как и статины, являются сильно канцерогенными препаратами — это предупреждение в обязательном порядке должно присутствовать во вкладыше к ним.

А почему риск на низкохолестериновой диете повышается вместо того, чтобы снижаться, объяснить очень просто. Желчный пузырь, понукаемый фибратами, должен производить желчь, но ему ее производить не из чего. Он начинает частично задействовать для этого другие компоненты — соли кальция и билирубин, например. Оба вещества обязательно имеются в составе желчи и в норме. Просто их концентрация там относительно невелика, хотя может и изменяться в зависимости от текущей ситуации в организме. Когда количество доступного для переработки холестерина уменьшается, они занимают его место. Все бы было хорошо, если бы соли кальция и билирубин не становились основой скорее камней, чем желчи.

Секвестранты желчных кислот

Эти препараты блокируют нормальную деятельность уже готовой желчи в кишечнике. Желчный пузырь производит желчь и подает ее в общий с поджелудочной железой проток в кишечник. Поджелудочная, как нам, возможно, известно, производит всю пищеварительную среду кишечника, кроме бактерий, — панкреатический сок, обладающий щелочным балансом. Таким образом, желчь смешивается с пищеварительной щелочью кишечника еще до попадания в него.

Ну, а в самом кишечнике желчь расщепляет ту часть пищи, которую и должна, — растительный и животный жир. Кроме того, она выделяет из пищи холестерин. Затем желчь всасывается стенками кишечника вместе с прочими продуктами пищеварения, поскольку она еще и доставляет часть из них по назначению — в кровь и печень. Впрочем, как раз холестерин она с собой не несет — на этом этапе он пакуется стенками кишечника в контейнеры такого большого размера, что в кровоток они не попадут при всем желании. Холестерин изначально попадает в печень, минуя кровоток, а в сосуды его выпускает уже она — упакованным в контейнеры разных типов.

В общем, все это очень интересно, но факт тот, что секвестранты желчных кислот препятствуют всасыванию желчи стенками кишечника, создавая видимость ее дефицита для этого органа. Он подает сигнал об этом в мозг, а тот стимулирует желчный пузырь к работе. То есть речь идет тоже о желчегонных, но работающих несколько иначе, чем фибраты.

Впрочем, на последствия и приема это не влияет. Самым распространенным осложнением от приема секвестрантов желчных кислот выступают хронические нарушения кишечного пищеварения — диарея, газы, патологии перистальтики и пр. Организм напрочь теряет способность расщеплять жиры любого типа, поэтому прием средств данного типа несовместим даже с «полезными» растительными маслами. Второе по распространенности явление — это, разумеется, желчнокаменная болезнь. А вот канцерогенными они не считаются — склонности увеличивать число злокачественных больных за ними замечено не было.

Ингибиторы усвоения кальция

Данный тип веществ, подобно всем предыдущим, никак не влияет на уже имеющиеся отложения бляшек. Тем не менее эти средства связывают и выводят из организма весь имеющийся в кровотоке свободный кальций — независимо от источника его поступления. Как мы понимаем, это позволяет существенно замедлить скорость затвердевания новых бляшек, которые крепятся на слой старых, уже давно окаменевших. В силу того, что именно затвердевание, а не оседание бляшек несет основную опасность для телец крови, ингибиторы кальция существенно снижают вероятность тромбоза.

Конечно, у них есть и неизбежный побочный эффект — особенно он актуален для пожилых пациентов, чьи кости и так обладают повышенной хрупкостью из-за снижения содержания в них жидкости. Речь идет о дополнительном повышении их хрупкости — ведь кальций необходим костям для нормального затвердевания при росте. С одной стороны, кальций как вещество в возрасте после 60 организму почти не требуется — точки роста на торцах скелетных костей к этому моменту не проявляют почти никакой активности. Однако, как мы понимаем, «почти» не равняется «совсем».

Ингибиторы кальция повышают опасность переломов и травм костей в любом возрасте. Случается, что она и так возрастает по другим причинам. Например, из-за проблем с мышцами — основой нормального положения костей, которые уже пострадали по факту паралича и еще обязательно пострадают при приеме статинов. В таких случаях сочетать одно с другим необходимо крайне осторожно. По возможности — избегать подобных сочетаний до восстановления двигательной активности

Альфа- или бета-адреноблокаторы

Эти препараты напрямую делают то же самое, что статины могут сделать косвенно. А именно, блокируют синтез адреналина — главного гормона стресса. В нашем случае это главный гормон скорее гипертонии, одышки, повышенного внутричерепного давления, ускоренного сердечного ритма и прочих факторов, повышающих риск повторного инсульта. Адреноблокаторы вообще никак не регулируют процессы, связанные с самим атеросклерозом. Однако они меняют общее поведение сердечно-сосудистой системы, делая его более стабильным, чем положено природой.

Следует отметить, что все побочные эффекты от приема адреноблокаторов ограничиваются их прямым действием — тем, чего от них и ожидают. Они не канцерогенны и влияют на печень не сильнее любых других лекарственных средств. Но следует сказать, что они вызывают устойчивое нарушение пищеварения и выведения (регулируется гормонами, включая адреналин), сильно затрудняют восстановление мышечной подвижности за счет снижения их тонуса. Правда, последнее — как сказать. Известно, что при инсульте часть мышц оказывается парализована, но часть — подвержена синдрому устойчивого роста напряжения. Так вот, если задачу первых по восстановлению сократительной способности они затруднят, то проблемы со стороны вторых, наоборот, заметно сгладят.

Есть в действии адреноблокаторов и еще некоторые моменты со знаком «минус». Так, они повышают сонливость, увеличивают апатию. То есть если наш случай тяжел с этой точки зрения и без них (многие сценарии инсульта меняют психику больных), адреноблокаторы лишь помешают нашей борьбе с собой за жизнь. Здесь следует соблюдать особую осторожность, ведь усугубление и так глубокой депрессии часто ведет к суицидам — однозначно летальным последствиям. Кроме того, следует помнить, что сердце и легочная диафрагма — тоже мышцы, тонус которых явно зависим от фона адреналина в крови. Если его содержание снижается, это часто вызывает нестабильность сердечного и дыхательного ритма. Потому адреноблокаторы не назначают до их полного восстановления, если по итогам инсульта какая-то из этих функций была сильно нарушена.

На этом, пожалуй, и закончим разговор об основных типах лекарств. Добавим только, что мы пропустили один из них — препараты на основе никотиновой кислоты. Но дело в том. что после инсульта их назначают нечасто — из-за явно выраженного стимулирования активности сердечно-сосудистой системы. Они во многом являются естественными анагонистами адреноблокаторов, так как ниацин (никотиновая кислота) участвует в регулировании активности многих эндокринных желез и синтезе большинства кортикостероидных гормонов.

Впрочем, в пользу какого препарата врач примет окончательное решение, здесь зависит от специфики последствий инсульта у того или иного больного. Если сердечный ритм и дыхание никак не удается стабилизировать, уместнее будет никотин — кумир стольких курильщиков. Если же, напротив, пациента продолжает преследовать гипертония, разумнее назначить ему адреноблокаторы...

При этом следует сказать, что прописанные врачом средства нам все равно пить придется. Отказ от них сейчас недопустим, независимо от степени их опасности. Нам необходимо весьма заметно снизить свертываемость крови — тем более что ее свойства заметно изменяются по факту хирургического вмешательства. Затем, нам важно как можно раньше начать борьбу с гипертоническими кризами — тем важнее, что все наши проблемы со стороны сердечнососудистой системы лишь обострятся в период вынужденной неподвижности и паралича. И иначе как медикаментозно здесь ничего сделать не удастся. Потому период полностью постельного режима мы будем вынуждены провести на грудах таблеток, капельницах, инъекциях. И спорить с врачом в этом периоде — затея крайне неудачная.

Посильные нагрузки на всю оставшуюся жизнь

Другое дело, какое количество времени вообще мы планируем провести в столь жалком положении, на столь сомнительном «рационе». Ведь, как видим, часть из этих веществ смертельно опасна — без малейшего преувеличения. А часть вполне может усугубить и закрепить уже имеющийся «разлад» в работе отдельных органов и систем нашего тела. Если все это нам не по душе и мы, как все психически адекватные люди, не хотели бы затягивать реабилитацию, нам пора подумать, как быть дальше.

В этом смысле нам и важно понимать, что дорога в большой спорт для нас отныне все равно закрыта. Умеренная физическая активность — да. Она для нас крайне важна, нам ее пропишут и помогут в ее организации. Как мы и сказали выше, паралич после инсульта — явление неоднозначное. Вернее, неоднородное. Как правило, при нем одновременно происходят два противоположных явления. А именно, мышцы — сгибатели задетой конечности (бицепс бедра или предплечья, икроножная мышца, бицепс голени и бицепс запястья) подвергаются такому явлению, как спазм. В то время как ее же мышцы — разгибатели (квадрицепс бедра, трицепс предплечья и пр.) оказываются обездвижены.

В каждом конкретном случае все не обязательно происходит именно так: области основного и связанного поражения у больных разнятся. Затем, многое зависит и от общей физической подготовки больного на момент инсульта, а также от квалификации врача и скорости оказания пациенту помощи. Все эти немаловажные детали процесса могут существенно изменись конечную картину в ту или иную сторону. В любом случае, мы должны быть готовы, что разные мышцы задетых параличом конечностей могут вести себя совершенно по-разному, даже относясь к одной и той же части тела. Это не должно пугать - это должно быть учтено при планировании восстановительной активности, только и всего.

По указанной выше причине изначально лечебную гимнастику должен назначать только врач. До появления признаков уверенного восстановления движений хотя бы пораженных мышц самостоятельные корректировки лучше не вносить. Тем не менее по мере наступления явных улучшений нам будет предоставлена все большая свобода действий — что, впрочем, вполне естественно. И вот в этот момент нам понадобится некий минимум личных знаний о физических нагрузках и особенностях их влияния на организм. Профессионал спорта нам здесь ничем не поможет, и к нему лучше вообще не обращаться.

Этот человек здоров и даже близко не сталкивался с проблемами, волнующими нас. Он плохо представляет себе, какая именно активность по силам сердцу и сосудам, находящимся в настолько жалком положении.

То, что спортсмену кажется легкой прогулкой, нам может показаться олимпийским забегом. Оттого, если мы не уверены в своих силах, предпочтительнее обратиться к врачу-физиотерапевту в специализированном реабилитационном центре.

Но и помимо его посильной помощи:

  • ставить мировые рекорды нам уже поздно, однако кроме ежедневной гимнастики нам обязательно нужно выходить на прогулку по свежему воздуху. Оборудованные помещения — вещь прекрасная, но свободные, непринужденные прогулки в парке действуют на наш организм и ЦНС несколько иначе, другим набором факторов;
  • предпочесть следует вечерний «променад», поскольку сумерки действуют успокаивающе — в отличие от рассветных лучей. Плюс, по вечерам воздух прохладнее, чем на рассвете;
  • температура окружающего воздуха для нас теперь значительно важнее даже самой погоды. Если атмосферный фронт (то есть погода) резко изменился, но мы чувствуем себя хорошо, небольшой дождь помехой считать не следует. А вот идеально сухая и солнечная жара под 40 °С, в отличие от внешне неприятной, «мокрой» прохлады, однозначно отменяет всякие прогулки. Запомним это правило: повышение температуры
    тела неизбежно вызывает повышение и артериального давления. Оттого жаркое время года или суток нам лучше всего проводить дома, в обществе кондиционера или вентилятора, надев на голову смоченную водой кепку. Можно также надеть мокрую рубашку/футболку или положить на грудь мокрый платок. Если на улице холодно, гулять босиком по сугробам нам ни к чему, ведь по возвращении в теплое помещение тело попытается согреться. А значит, давление после периода переохлаждения «подскочит» у нас на несколько порядков. Так что оденемся по погоде, но ни в коем случае не теплее необходимого; прогуливаться каждый вечер нужно не менее получаса. Лучше делать это в парке или на любом другом доступном нам в городе клочке, где еще растут деревья, цветы и трава. Идти нужно размеренным шагом, возможно — чуть быстрее прогулочного. Но, конечно, не бегом. Кстати, нам нужно обязательно запомнить: ранее бег трусцой считался подходящим даже для людей с очень большими проблемами сердечно-сосудистой системы. Сейчас так уже не считается, потому что эта трусца может заставить сорваться со стенки сосуда новый возникший там более или менее крупный тромб;
  • не следует (раз и навсегда, до конца дней!) уходить или уезжать куда бы то ни было, не взяв с собой заряженный мобильный телефон, а также нечто вроде нашей «карточки сердечника», которую легко изготовить и дома. На карточке должно быть написано наше имя, фамилия, что у нас уже был инсульт. И разумеется, указан один или несколько телефонных номеров людей, которым мы позвонили бы в случае повторного эпизода, если бы успели. Кстати, мы должны знать, что современные мобильные аппараты позволяют настроить клавиши быстрого вызова на особо важные номера (например, «скорой» или родных). Ряд операторов предоставляет пользователям услугу отслеживания местоположения абонента по сигнал}' с его мобильного телефона. Плюс, аппараты некоторых фирм позволяют нажатием одной клавиши быстро отправить нужному абоненту подготовленное заранее экстренное сообщение;
  • нам более нельзя исчезать из поля зрения здоровых близких, не указав, куда мы собрались. И крайне нежелательно надолго «застревать» в местности, куда «скорая» не доберется вовремя при всем желании. Даже если мы чувствуем себя прекрасно, одиночные турпоходы в лес, горы или даже в ближайшую посадку исключены. К слову, среди больных сердечно-сосудистыми патологиями почему-то распространен и еще один миф. А именно, что работа и проживание на выходных на дачном участке являются идеальной формой активности после такого диагноза. В действительности худшего вида работ, чем целый день на солнцепеке, с опущенной к земле головой, как раз при сердечно-сосудистых патологиях во всем мире, наверное, не найти.

Поэтому если мы едем на дачу — это дело наше. Но работать там можно только сидя или лежа, ранним утром (до 9 утра) и вечером, ближе к закату. Никакого тяжелого физического труда (рытье земли, рубка дров, строительные работы, полив вручную, ведрами), никакой жары, никакого «останусь тут на недельку» для нас более не существует. И разумеется, все указанные только что средства связи всегда должны оставаться под рукой.

Питание после инсульта

Следует добавить, что и весьма грамотно разработанная система тренировок не сможет помочь нам превратить руины нашей сердечно-сосудистой системы даже в отдаленное подобие того, что мы имели на их месте в молодости. На такой стадии патологии нам способны помочь лишь современные методы ангиопластики — конструирования новой сосудистой сетки в обход отслуживших свое участков системы родной.

Независимо от того, что ответит нам кардиолог по поводу целесообразности операции на коронарных артериях, отныне нам и впрямь было бы неплохо перейти почти полностью на растительный рацион. То есть оставить 100-200 г продуктов животного происхождения в сутки, заменив прочее овощами и фруктами. Этого с лихвой хватит для покрытия ежедневных нужд организма с более или менее обширными участками паралича и рядом других ограничивающих подвижность факторов.

Совсем отказываться от мяса, рыбы и яиц нам резону нет — зачем страдать, если это не сыграет в общем прогнозе никакой значимой роли? Но питаться, как едят обычные здоровые люди, нам тоже уже поздно. Ведь не менее полугода после случившегося нам будут даваться с большим трудом самые элементарные действия — включая те, что и близко не похожи на спорт, хотя требуют некоторых физических усилий.

Врач, конечно, вполне может посоветовать нам забыть о существовании в этом мире молока, мяса и пр. Однако, как и было сказано выше, после выписки нам разумнее с этим скорее не переусердствовать. А забывать о них насовсем — шаг нерациональный, способный разве что усложнить наше моральное состояние, ничем не облегчив медицинский прогноз... Но наша подвижность долгое время будет мало отличаться от полного покоя. Поэтому логично, что при такой активности и перетруждать желудок ненужными сейчас телу веществами будет неуместно.

Тем более что из-за максимальной гиподинамии и возможного поражения соответствующего участка коры у нас наверняка появятся проблемы с пищеварением и опорожнением. Так что дело здесь уже даже не в количестве холестерина. А у овощного рациона есть одно серьезное преимущество — способность значительно облегчать прохождение пищи по желудочно-кишечному тракту (и ее выведение, разумеется) за счет высокого содержания клетчатки.

Клетчатка — это волокна, составляющие остов любого растения и его части. То есть листа, корня, стебля и пр. Сама по себе она не переваривается и не усваивается. Более того — она раздражает своим присутствием стенки всех органов пищеварения и стимулирует их желание поскорее от нее избавиться. Отсюда и слабительный эффект, и лучшее пищеварение — несмотря на низкую подвижность и расстройства гормонального фона.

Кстати, есть и еще один несложный ход, позволяющий стабилизировать пищеварение. Речь идет о переходе на многоразовое питание, о котором мы уже упоминали выше. Меньшее количество пищи в любом случае переварится быстрее, с меньшей вероятностью эксцессов, чем полкило разных блюд с разным составом, поглощенных одно за другим.

Отдавать предпочтение можно блюдам любой консистенции — при проблемах с перистальтикой значение имеет скорее количество пищи и обилие ингредиентов в блюде. Нам не помешает научиться съедать в каждый прием блюдо не только небольшое по весу, зо и сравнительно простое. Например, салат с кусочком хлеба или гарнир с котлетой/другим мясным блюдом без соуса и хлеба. Воспользуемся правилом всех «кустарных», примитивных диет: каждый прием пищи должен содержать не более трех разнородных компонентов. Например, кашу, масло, мясо/рыбу — и все. Никакого хлеба или салата — вернее, никакого не вообще, а до следующего приема. Точно так же суп или борщ можно заправить сметаной или майонезом и съесть с хлебом.

Но если в нем имеется мясо, хлеб уже оказывается лишним...

И т. д., и т. п. — принцип всегда одинаков, что бы мы ни собирались положить себе на тарелку. Смысл хода ясен и без пояснений. Если мы вспомним разговор о пищевых добавках, мы поймем, в чем дело. А именно: составляя обед из нескольких блюд, содержащих по несколько ингредиентов, мы складываем в «миксер» пищеварительного тракта такой конгломерат веществ, что ожидать быстрого его усвоения с нашей стороны как минимум нелепо.

Когда нам совсем не хочется есть, не забудем — это еще не беда, так что можно и пропустить один прием. Физиологических противопоказаний к уменьшению рациона при отсутствии чувства голода не существует. Главное, чтобы после пропущенного приема пищи мы не пытались уничтожить все содержимое холодильника за один присест. Если у нас наблюдается подобное явление, у нас, скорее всего, нарушена связь между мозгом и системой пищеварения.

В таких случаях когда мы не хотим есть, нам нужно выпивать нечто среднее между полноценной пищей и стаканом чая — питательный коктейль. Лучше составить его на основе легкоусвояемых углеводов — сладких фруктов, мороженого, молока, сока, шоколада, варенья и пр. По желанию, допустимо всыпать туда протеин в порошке — если мы принимаем белок в таком виде вместо мяса (частично или полностью), тем лучше. Говоря коротко, у протеина в порошке имеются два важных нам преимущества. Во-первых, он очищен от холестерина, и, во-вторых, он полноценен — то есть является белком животного происхождения. Удобно, не правда ли?..

  • Оцените материал
    (1 Голосовать)
  • Прочитано 2333 раз
  • Цирроз печени
    Цирроз печени Истинный цирроз печени представляет конечную, практически необратимую стадию хронических диффузных гепатитов...
  • Базедова болезнь
    Базедова болезнь Базедова болезнь в основном характеризуется усиленным тканевым обменом и повышенной реактивностью нервной системы…
  • Тиреоидит щитовидной железы
    Тиреоидит щитовидной железы Термин «тиреоидит» охватывает воспалительные заболевания щитовидной железы с различной этиологией…
  • Синдром Кушинга
    Синдром Кушинга Хронический избыток глюкокортикоидов, независимо от своей причины, обусловливает симптомы и признаки…
  • Бронхоспазм
    Бронхоспазм Бронхоспазм — состояние острой дыхательной недостаточности, которое возникает в результате бронхиальной обструкции…
  • Гипертонический криз
    Гипертонический криз Развитие гипертонического криза сопровождается следующими симптомами...